«ВЫ СЕЕТЕ ЗУБЫ ДРАКОНА И ПОЖНЁТЕ БУРЮ»

«ВЫ СЕЕТЕ ЗУБЫ ДРАКОНА И ПОЖНЁТЕ БУРЮ»

08.10.2021

Глава ФПА Юрий Пилипенко публично высказался на тему «Злоупотребление правом и добросовестность». Такой разговор состоялся вчера – в рамках SibLegalWeek. Пилипенко призвал защитников строго исполнять свои обязанности и не работать с «демонстративной наглостью». Иначе, считает президент ФПА, государство может поставить всю корпорацию в более узкие рамки. Он посетовал, что некоторые адвокаты и вовсе занимаются «внепроцессуальным геноцидом» следователей и судей, размещая о них информацию в соцсетях. «Улица» приводит речь Юрия Пилипенко с небольшими сокращениями и стилистическими правками, необходимыми при публикации устной речи.

НЕ ТОЛЬКО ПРАВА, НО И ОБЯЗАННОСТИ

Злоупотребление правом – понятно, что это институт из гражданского общества. Но он уже перекочевал и к нам, в криминальное, так сказать, начало адвокатуры. Это понятие появилось впервые в постановлении Пленума ВС 2015 года. Мы пытались сопротивляться. Потом оказалось, что [это] невозможно. Даже автора знаем этой идеи – это глубокоуважаемый учёный, заведующий кафедрой уголовного процесса МГУ, коллега [Леонид] Головко. Это он предложил скрестить институт цивилистический с профессиональными обязанностями адвокатов.

Для этого, наверное, есть какие-то основания. Вот я, уважаемые коллеги, часто езжу по регионам. Куда ни приеду – там конференция проводится, как обычно. Я спрашиваю: «А тема какая?» Мне говорят: «Ну, защита профессиональных прав адвокатов». Я в последний раз сказал: «Шо, опять!?» Потому что, понимаете, тема бездонная. С одной стороны, действительно, права адвокатов нарушаются часто – и тут уже спорить не о чем. С другой стороны, хотелось бы послушать и другую точку зрения.

Есть у адвокатов, наверное, не только профессиональные права, но и некоторые обязанности, которые стоит исполнять. И тогда, если будешь им строго следовать, не всегда твои права будут нарушаться так беззастенчиво и нагло, как это происходит часто.

На следующей неделе в Москве у нас будет конференция, где мы в качестве основной темы взяли – я точное название не помню – но речь пойдёт о девиантном поведении профессиональном адвокатов в процессе. И речь пойдёт не столько об уголовном процессе, но и о гражданском, и об административном. Не знаю, о чём будут говорить коллеги, заранее не хотел бы этого предвещать, но тем не менее.

«СТАРОРЕЖИМНЫЙ ПРИСЯЖНЫЙ ПОВЕРЕННЫЙ»

Вот смотрите, такой пример. Все знают, кто живёт в социальных сетях: наш коллега, уважаемый мэтр [Генри] Резник недавно добился – кассация подтвердила – оправдательного приговора в отношении адвоката [Александра] Лебедева, которого обвиняли в преступлении против правосудия. Фактическая сторона обвинения нашего коллеги Лебедева – она далеко не бесспорная. Потому что он, обеспечивая алиби своей доверительнице, нашёл задним числом чек о якобы купленном ею кофе. В общем, старался как мог. А следствие вместо того, чтобы опорочить его доказательства, решило опорочить его самого. И поэтому предъявило обвинение по 294-й статье УК.

Я к тому, что Резник добился оправдательного приговора, не применяя никаких современных методов защиты. Во-первых, его никто не выносил из зала, второе – он не сбивал своим пока ещё мощным телом рамку, которая стоит на входе. Он не заявлял 15 раз подряд отвод судье или 18 ходатайств на одну и ту же тему.

Он действовал классически, как такой старорежимный присяжный поверенный. Но мне скажут: «Но он же Резник!» Ну да, ну, подождите, коллеги, может быть, можно по-другому поставить вопрос? Может, потому он и Резник, что ведёт себя так и умеет таким поведением добиваться результатов, а не наоборот?

Я ещё один пример вспомнил. Я помню, что примеры не доказательства, но тем не менее. Уже сколько, 15 лет назад (почти 18 лет – прим. «АУ»), наверное, впервые к уголовной ответственности привлекался Михаил Ходорковский. У него защитником был другой наш мэтр [Генрих] Падва. И по одному из составов, ключевому, который вменялся тогда Ходорковскому, срок привлечения к уголовной ответственности, условно говоря – деталей не помню – заканчивался в пятницу. И на пятницу назначено судебное заседание. Падва – едва ли не единственный защитник.

Ему все говорят: «Ты же уже немолодой человек, ты можешь заболеть». Более того, за неделю до этого по странному стечению обстоятельств он оказался в больнице, я даже диагноз его запомнил. И все ожидали, что он не придёт на процесс, сорвёт его. А он вышел из больницы, пришёл на процесс, и его доверитель получил… (Что именно «получил» Ходорковский, Юрий Пилипенко не сказал; «Улице» тоже не удалось выяснить, что именно тогда произошло.) Буквально в последний день срока привлечения к ответственности. И юридическое сообщество стало делиться, стало шептаться тогда – «Ну как ты мог?». А другие говорят: «Может, его наградили тайным указом, какой-то звездой?». В общем, это поведение [Падвы] было воспринято неоднозначно.

ВНЕПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ГЕНОЦИД

У нас есть коллеги, которые умудряются в интересах своих доверителей начать травлю следователей и судей. Я даже называю это «внепроцессуальный геноцид».

Что они делают? Они понимают, что есть судья или следователь, они приходят к нему с ходатайством – он говорит: ну нет, нет, я так не считаю. И [адвокат] выясняет подноготную судьи и следователя: где он учился, где работал, можно ли какую-то гадость про него найти. Фотографирует машину следователя, судьи, которая припаркована не там, где надо. Размещает всё это в социальных сетях. Таким образом он создаёт ситуацию как бы нетерпимости вокруг конкретного субъекта правоприменения. На мой взгляд, это хамство, это

Это вообще за пределами, что называется, добра и зла. Тем не менее герои, которые это делают, если они вдруг лишаются статуса, потом становятся героями адвокатской улицы – в широком смысле этого слова. «Какой классный был парень, такое делал, а супостаты-самоуправленцы адвокатуры его не любят».

Вообще, наверное, культура утеряна. И на самом деле я бы не стал в принципе говорить, что адвокаты являются причиной того, что происходит в судопроизводстве.

Сейчас если посмотреть на следователей и на их профессионализм, тоже можно за голову браться, говорить: «Ребята, откуда вы такие взялись? Мы в одной школе учились – а вы откуда?». Хотя утверждение, что в одной школе учились, всё больше отпадает. Мне кажется, в рамках СК созданы уже не только собственные суворовские училища, но и детские сады даже.

Мы, уважаемые коллеги, с чем же можем столкнуться через несколько лет? Что вы придёте в суд или к следователю, будете говорить о правовых институтах, а потом выяснится, что вы о разном говорите. Потому что вас в разных местах по разным учебникам разные люди учили. Это тоже большая проблема для отдельного разговора.

«СТАВЯТ ВСЮ КОРПОРАЦИЮ В БОЛЕЕ УЗКИЕ РАМКИ»

<…> [Адвокаты думают, что есть] обученный и нанятый человек, который думает, как сделать адвокату или юристу плохо: «Это моя основная задача, я за это госпремию получу». Я не верю, что такой человек есть.

Я знаю, что есть совокупность хаотичных действий юристов в процессе, которая выходит за пределы, которые государство или кто-то ещё считает допустимыми. И отсюда возникает какая-то ответная реакция. Иногда она не вполне обоснованная, иногда она неадекватная нарушению.

Когда нарушают десять человек, условно говоря, по всей стране, это становится поводом для пиар-обсуждения. Потом вносятся поправки в закон, которые в более узкие рамки ставят всю корпорацию, всех профессионалов и юристов. Эту тенденцию и закономерность никто не отменял. Поэтому мне всегда хочется, пользуясь любой возможностью, отметить: коллеги, нужно в любом случае быть аккуратнее.

Потому что если вы пытаетесь решить проблему своего доверителя тем, что вы срываете сроки, вы берёте как бы больничный и в последний день не являетесь, то надо помнить вообще-то, что процессуальные сроки написаны не для того, чтобы давать возможность адвокатам лечить своё здоровье. Они написаны совершенно для других целей. Если у государства стоит задача, условно говоря, привлечения человека к ответственности – обоснованно или необоснованно – то оно будет так или иначе эту задачу решать.

И если вы, пользуясь правами, писанными в законе, будете систематически и демонстративно злоупотреблять, то система координат может быть изменена.

Она же когда-то тоже была не такой, как сейчас – когда-то адвокаты вообще не участвовали на стадии предварительного расследования, они появлялись только в суде, когда сшито всё дело: «Пожалуйста, изучай».

Кстати, вспоминая тему первой нашей дискуссии, хочу напомнить, что в России всё меняется за пять лет – и ничего не меняется за 500. И поэтому если относиться к своим правам и процессуальным обязанностям с чрезмерной, ну, «хитрецой» – я бы так не сказал, хитреца всё равно приветствуется – но с чрезмерной и демонстративной наглостью и злоупотреблять своими правами – вы сеете зубы дракона и пожнёте бурю.

Я не за то, чтобы исповедовать пассивность в процессе, но активность и энергичность в процессе, желание отстоять интересы доверителя тоже отличается и имеет свои рамки. Если мы будем об этом помнить и сумеем защищать так, как мэтр Резник, то все мы рано или поздно станем мэтрами. И наши имена где-нибудь напишут.

 Исчтоник: Адвокатская улица